Реформа полиции в Грузии

Говорят, что для реформы милиции нужна политическая воля. Реформа полиции в Грузии — это как раз наглядный пример такой политической воли, которая была продемонстрирована всему миру командой Президента страны Михаила Саакашвили с начала его правления в 2003 году.

Предыстория

В советский и постсоветский период грузинская полиция считалась одним из самых коррумпированных ведомств в республике. В 1990-х годах уровень доверия к ней в обществе не превышал 10 %.

Количество преступлений в 2003 году составило 17397, из них 10326 квалифицировались как тяжкие. В неофициальной картотеке МВД Грузии числились 349 «воров в законе», действующих на территории страны, что составляло треть от всех «воров в законе» на территории постсоветского пространства.

Власти Грузии признавали проблему и пытались бороться с ней. Например, в 2002 году полиция начала крупную антикриминальную операцию, направленную против организаторов преступности.

В 2001 году Министр внутренних дел Грузии Каха Таргамадзе заявил, что реформы ведомству необходимы, однако думать об этом преждевременно. Он сослался на недостаточное финансирование полиции, пояснив, что «в течение последних трёх лет Министерство не получало зарплаты за целый год». Кроме того, Таргамадзе отметил, что реформа должна проходить совсем не так, как её представляет себе оппозиция, а критика антикоррупционной кампании, зачастую, исходит от тех, кого заподозрили в коррупции.

Тем не менее, по словам главы МВД, грузинская полиция и в этих условиях показывала неплохие результаты — за 5 лет количество преступлений сократилось втрое, а раскрываемость по категории тяжких преступлений находилась на очень высоком уровне:

Излишне говорить о том, что не финансируется потребность в горючем, в ремонте транспорта, техники, не финансируется, можно сказать, всё то, без чего невозможно полноценное функционирование МВД. Несмотря на это, наше ведомство за последние годы сумело внести реальный вклад в улучшение криминогенной обстановки, показатели раскрытия правонарушений у нас высокие, особенно по категории тяжких преступлений. В последние годы из 100 таких преступлений раскрывается в среднем не менее 83.

 

Этапы

2004—2005 гг.

Пришедший к власти в результате цветной революции («революции роз») Михаил Саакашвили сразу же расставил новые приоритеты. В 2004 году на пресс-конференции после выигранных выборов он назвал первоочерёдными задачи по «усилению борьбы с коррупцией и налаживанию бюджетного порядка». 

Подтверждая слова президента, уже в том году в ходе борьбы со взяточничеством в МВД новые власти упразднили Дорожную полицию (ГАИ), радикальным образом сократили численность сотрудников органов правопорядка, таможни и фискальных служб. Несколько месяцев за дорожную безопасность в Грузии вообще никто не отвечал, а 15 августа 2004 года на дорогах появилась Патрульная полиция. Сотрудников нового ведомства, созданного по образу и подобию дорожной службы США, набирали по конкурсу, предложив им зарплату значительно выше средней по стране — минимум $250.

Помимо названия в ходе реформы изменились внешний вид и техническое оснащение патрульных полицейских. Форма, подобно американской, стала сине-голубой, с собой патрульный мог иметь дубинку, электрошокер и оружие израильского производства. Полицейских обязали приезжать на место вызова в течение нескольких минут после звонка, закупив им немецкие автомобили «Фольксваген». Кроме того, появились и «пешие» полицейские — они получили право задерживать всех, кто покажется им подозрительным.

Летом 2005 года личный состав Патрульной полиции в Тбилиси насчитывал 1339 человек, 60 из которых были женщины. Глава МВД Грузии Георгий Барамидзе отмечал, что ведомство обращало особое внимание на физический облик и внешний вид сотрудников:

Наш девиз — ни одного пузатого полицейского рядом с нами. Надеюсь, что после осуществления реформы и повышения эффективности работы правоохранительных структур среди сотрудников МВД станет гораздо меньше пузатых полицейских.

В ведении Патрульной полиции находилось всё, что касалось немедленного реагирования, за прочее отвечала новообразованная Криминальная полиция. Ещё одним новшеством стала Полицейская академия, основанная в 2005 году. Поступившие проходили там трёхмесячный курс обучения, причём криминалистом или детективом мог стать только уже имеющий высшее юридическое образование. Начальником Академии назначили Анну Чихиташвили — сотрудницу американской исследовательской организации Rand Corporation, которая работает с Пентагоном и объявляет своей целью обеспечение национальной безопасности Соединённых Штатов.

С 2004 года в Грузии фактически объявили войну против «воров в законе». По инициативе Саакашвили Парламент страны впервые официально признал такие понятия как «вор в законе», «воровской мир», «разборка» и «член воровского мира». Отныне для срока заключения вплоть до 10 лет, больше не требовалось доказывать совершение какого-либо преступления — достаточно было слов обвиняемого о собственном статусе. В Грузии взяли на вооружение факт, что, согласно «воровскому кодексу», «вор в законе», который хотя бы раз отказался от этого звания, переставал им считаться. В 2005 году Саакашвили заявил:

Этот закон будет предусматривать не только наказание за конкретное преступление, но и за членство в организованной преступной группировке. … Воры в законе автоматически окажутся в тюрьме вне зависимости от того, совершали ли  они конкретное преступление или нет.

Через год после начала реформы Михаил Саакашвили объявил, что уровень доверия к Патрульной полиции вырос с 5 % до 90 %. На митинге, посвящённом годовщине образования службы, грузинский президент назвал реформу успешной и объявил, что зарплата сотрудникам МВД станет ещё выше.

В то же время, согласно опросу газеты «Ахали таоба», многие граждане остались недовольны работой обновлённых органов правопорядка. Они, отмечая их честность и приветливость, говорили, что полицейская служба плохо справляется с обязанностями, а уровень преступности продолжает расти. Это мнение подтверждает и официальная грузинская статистика.

Так, если за 2004 год количество зарегистрированных преступлений составило 24856, из них тяжких 17833, то в 2005 году эти цифры заметно выросли: 43266 и 24320 соответственно, причём по сравнению с 2003 годом преступлений стало примерно в 2,5 раза больше. Частично это объясняется поправками, внесёнными в Уголовно-процессуальный кодекс. С мая 2005 года в Грузии поменяли порядок регистрации преступлений, начав учитывать их уже в момент предварительного следствия.

2006—2011 гг.

Согласно официальной статистике, в 2006 году полиция Грузии зарегистрировала максимальное количество преступлений за всё время правления Михаила Саакашвили — 62283, причём 29249 из них попали в категорию тяжких. Таким образом, общее число правонарушений за год выросло примерно на треть. В дальнейшем уровень преступности постепенно снижался, а потому 2006 год стал отправной точкой для всех последующих сравнений показателей.

Однако именно в мае 2006 года Михаил Саакашвили заявил о победе над организованной преступностью и, в частности, «ворами в законе», сравнив действующую грузинскую систему правосудия с американской:

В Грузии не осталось организованной преступности. Ни одного вора в законе на свободе у нас нет. У нас действуют такие же жёсткие законы, как и в Америке. […] Однако должен отметить, что не все страны с нами хорошо сотрудничают в вопросе искоренения организованной преступности. […] Часть преступников из Грузии добирается до российской границы, а там ищи ветра в поле. Для чего это делается, не понимаю. Грузинский вор — он и в России вор, и на Марсе.

По словам Министра внутренних дел Грузии Вано Мерабишвили, в ходе реформы от службы отстранили около 35 тыс. сотрудников. При этом 15 тыс. «гаишников» остались без работы из-за исчезновения самой ГАИ как таковой. Помимо этого, в ходе реформы власти упразднили техосмотр и повысили зарплату в 10—20 раз сотрудникам, набранным по открытому конкурсу, а также включили Министерство госбезопасности и МЧС в структуру МВД.

В целях кардинальной смены имиджа в Грузии полностью перестроили полицейские офисы и учредили Сервисное агентство, главный офис которого находится в городе Рустави, в 15 минутах езды от Тбилиси. Агентство взяло на себя множество различных функций, таких как приём жалоб от населения, выдача водительских удостоверений и различных справок, а также постановка на учёт автомобилей. Офисы строили максимально прозрачно, в буквальном смысле: из-за большой площади окон увидеть всё происходящее внутри можно даже с улицы, а закрывать жалюзи разрешено только во время дневной жары. По словам начальника отделения в Рустави Георгия Чкония, прозрачные стены стали символизировать открытость полиции для общества:

В этом и смысл. Знаете, этот участок построили в 2009 году, и весь год наши жители приходили вот в этот сквер, садились на скамейки и сутками сидели и смотрели на нас. Сейчас уже не ходят — поняли, что в полиции нет ничего криминального, раз она прозрачная.

 

Расходы

В марте 2010 года участковому инспектору платили не менее $390, сотруднику Патрульной службы — $480, а начальники отделов и детективы получали от $720. В качестве дополнительных условий полагалась премия и медицинская страховка. Основной контингент ГУВД состоял из 26 тыс. человек, ещё 17 тыс. приходилось на вневедомственную охрану и 4 тыс. на департамент охраны госграниц. Профессия полицейского стала одной из престижнейших в Грузии, а конкурс на место в Полицейской академии составил 50 человек на место.

В бюджете 2011 года расходы на Министерство внутренних дел Грузии были заложены в размере 548 млн. лари ($1 примерно равен 1,6 лари), что составляет 2,5 % от ВВП, в 2009 году — 568 млн. лари, 2008 году — 739 млн. лари, а в 2007 году — 297,7 млн. лари.

На реформу МВД Грузия регулярно получала деньги из госбюджета США: например, в 2006 году $1 млн. на компьютеризацию машин патрульной полиции и $20 млн. в 2009 году на развитие полиции.

В настоящее время зарплаты полицейских выросли в 15—40 раз и более чем в два раза превышают среднюю зарплату в Грузии, которая составляет $200—300. Помимо различного рода страховок и премий, за выслугу лет участковый зарабатывает $400—500, патрульный $600—1000, а начальники отделов и детективы — до $2000. 

Партнеры